Страна Сальвадора Альенде-Чили, опять на перепутье; выбор между крайними-правыми и левыми. На основе личного опыта скажем, Чили — страна с самым высоким уровнем жизни в Латинской Америке, удивительных природных красот. Советуем побывать.
Первое, что нужно знать о президентских выборах в Чили, которые пройдут в воскресенье, — это то, что в них сталкиваются убеждённая коммунистка и представитель крайне правых. Второе — это то, что здесь нет очередного примера разрушительной политической поляризации, которая рвёт общество на части.
Поразительно другое: в Чили крайности фактически сблизились. Ни Жанетт Хара — коммунистка с 14 лет, ни Хосе Антонио Каст — консервативный католик и один из четырёх правых кандидатов — не предлагают радикальных перемен в экономическом или политическом устройстве страны.
Опросы показывают, что именно Каст и Хара наберут больше всего голосов и выйдут во второй тур, где фаворитом считается Каст. Однако другие опросы фиксируют, что крайне правый кандидат Йоханнес Кайзер сокращает разрыв. Кайзер — ютуб-провокатор, который выступает за более радикальный демонтаж государства, по аналогии с президентом Аргентины Хавьером Милей, и за усиление роли вооружённых сил.
Но если во второй тур выйдут Каст и Хара, то эти выборы, скорее всего, укрепят репутацию Чили как одной из самых успешных развивающихся стран мира — и как примера того, как государственные институты способны выдерживать удары популизма справа и слева.
После почти 17 лет диктатуры Аугусто Пиночета Чили вернулась к демократии в 1990 году. В последующие десятилетия центристские партии левого и правого толка проводили рыночно-ориентированную политику, которая вывела Чили в лидеры региона по подушевому доходу, уровню человеческого развития и низкой коррупции.
А затем, в 2019 году, страну потрясли массовые протесты — повышение платы за метро стало искрой. В 2021 году президентом был выбран Габриэль Борич — бывший студенческий активист, который выступал за леворадикальную программу, в центре которой были перераспределение, гендерные права и климат. Большая часть его задумок была сосредоточена в проекте новой конституции, которую избиратели отвергли на референдуме 2022 года. Казалось, что Чили застряла между несовместимыми представлениями о будущем. Параллельно экономика не могла восстановить прежние темпы роста, а госдолг рос.
«Мы, чилийские экономисты, которые раньше ездили по миру и рассказывали о нашем образцовом успехе, были в ужасе», — вспоминает бывший глава Центробанка Чили, а теперь декан экономического факультета Университета Чили Хосе де Грегорио. — «Мы думали, что всё это было фикцией».
Сейчас, оглядываясь назад, становится ясно, что тот кризис сам по себе привёл к новому равновесию. Правительство Борича повернуло к центру. Масштабные планы повысить налоги, создать государственную литиевую компанию и ликвидировать частную пенсионную систему были сильно урезаны.
«Это нормальный результат демократии, — говорит министр финансов Борича Николас Грау. — Вы начинаете с программы, которую хотите предложить, но, придя к власти, вынуждены договариваться».
Хара, бывшая министр труда в правительстве Борича, стала единым кандидатом левых, обойдя центриста. Она — член Коммунистической партии Чили.
Глава её экономической команды Луис Эдуардо Эскобар говорит, что сегодняшние коммунисты — «не те, что во времена холодной войны» — они регулярно участвуют в центристско-левых правительствах. Некоторые жители Чили воспринимают Хару через призму холодной войны, «но если спросить среднего человека… ему всё это безразлично».
В раннем варианте программы Хара предлагала национализировать добычу лития и меди. Теперь эти пункты исчезли. По словам Эскобара, центр-левая коалиция едина во мнении, что роль государства — «создавать пространство, необходимое для роста частного сектора, и улучшать социальные условия».
Ключевые предложения Хары:
- увеличить добычу лития,
- постепенно установить минимальный месячный доход в 750 000 песо (около 800 долларов),
- расширить доступ к жилью.
Для Каста это уже третья попытка стать президентом. Его обычно называют крайне правым. В 2019 году он создал Республиканскую партию, выступавшую против абортов, однополых браков, однополого усыновления и «гендерной идеологии».
Но большая часть этого исчезла из его нынешней кампании. Его экономический советник Хорхе Кирос, получивший докторскую степень в США, говорит: «Все эти элементы консервативной повестки — аборты, ЛГБТ — не входят в программу. Точка».
Каст сохраняет жёсткую линию по миграции — обещает депортировать нелегалов и построить барьер на северной границе. Также он делает ставку на борьбу с преступностью и экономику — сферы, где нужны широкие договорённости. «Если вы внесёте эти социальные приоритеты на стол переговоров, вы не добьётесь консенсуса», — говорит Кирос.
Главное экономическое обещание Каста — сократить государственные расходы на 6 миллиардов долларов (1,7% ВВП), что, по словам Кироса, возможно за счёт ликвидации неэффективности и растрат.
Но важнее не то, что планируют делать Каст или Хара, а то, чего они не планируют: менять ключевые институты — центральный банк или конституцию.
В 2006 году Чили приняла строгие правила бюджетной дисциплины. В прошлом году закон был ужесточён. Правительство Борича согласилось ограничить госдолг уровнем 45% ВВП и соблюдать жёсткие параметры дефицита, но не выполнило эти требования.
Кирос говорит, что Каст будет соблюдать лимит долга. Эскобар говорит, что Хара сохранит инвестиционный рейтинг Чили, но не может гарантировать, что следующее правительство — «каким бы оно ни было» — выдержит потолок в 45%.
