Стагфляция — худший сценарий почти для всех, но особенно для банков. Экономика пока далека от полноценного кризиса, однако даже намёк на сочетание высокой инфляции и слабого роста уже вызывает серьёзное беспокойство у инвесторов.
Банковские акции традиционно страдают, когда растут опасения по поводу стагфляции. Высокие цены и возможный рост безработицы ухудшают качество кредитов: потребители чаще задерживают выплаты по кредитным картам, а компании, сталкивающиеся с ростом издержек, могут испытывать трудности с обслуживанием долгов.
Если вкладчики начинают ожидать затяжной инфляции, они стремятся защитить свои сбережения и ищут более высокие ставки. Это снова создаёт давление на стоимость депозитов — фактор, который уже стал причиной потрясений в банковской системе в 2023 году.
Теоретически банки могут компенсировать рост расходов, выдавая кредиты под более высокие проценты. Но если Федеральная резервная система не повышает ставки, чтобы не усугублять экономический спад, сделать это становится значительно сложнее. Энергетические шоки — один из самых трудных вызовов для центробанков, поскольку многие кредиты привязаны к ставкам, зависящим от краткосрочных ориентиров ФРС.
Опасения, что скачок цен на нефть может вызвать даже мягкую форму стагфляции, уже привели к заметному падению банковских акций. Индекс KBW Nasdaq Bank снизился более чем на 9% с начала года, тогда как S&P 500 потерял около 3,5%.
Исторические данные подтверждают слабость сектора в подобных условиях. Согласно исследованию Schroders, в периоды с 1974 по 2024 год, когда инфляция превышала средний уровень за десятилетие, а рост ВВП был ниже среднего, финансовые компании показывали худшую реальную доходность среди всех отраслей. В 1970‑е годы банки особенно сильно отставали от рынка, когда ФРС снижала ставки, пытаясь поддержать слабую экономику, несмотря на высокую инфляцию.
Тем не менее сегодня есть и смягчающие факторы. Волатильность на сырьевых и долговых рынках может приносить дополнительную выручку торговым подразделениям крупных банков. Bank of America сообщила, что её глобальный трейдинг в первом квартале вырос на «низкие двузначные проценты» по сравнению с прошлым годом. Citigroup ожидает рост в «средних двузначных процентах».
Некоторые банки также отмечают улучшение спроса на коммерческие кредиты. По данным ФРС, объём коммерческих и промышленных займов вырос на 5% в годовом выражении — максимальный темп почти за три года. Увеличение кредитного портфеля может частично компенсировать снижение маржи.
Однако риски остаются значительными. Хотя уровень безработицы далёк от уровней прошлых стагфляционных периодов, аналитики опасаются проблемных кредитов у небанковских кредиторов — особенно фондов частного кредитования, активно финансировавших софтверные компании и рискованные потребительские займы. Банки нередко кредитуют такие фонды: по данным S&P Global Market Intelligence, на конец четвёртого квартала объём таких займов составлял около 380 млрд долларов, а ещё 170 млрд приходилось на невыбранные кредитные линии.
Высокие цены на нефть могут ударить по потребителям и компаниям, повышая стоимость топлива и товаров, что в конечном итоге ухудшает качество кредитов.
После кризиса 2023 года банки укрепили позиции, чтобы защититься от нового оттока депозитов. Один из способов — фиксировать средства через депозитные сертификаты. Хотя число банков, предлагающих годовые CD на 10 000 долларов под 4% и выше, сократилось, предложения под 3% остаются распространёнными, несмотря на снижение ставок ФРС в 2024 году.
Но если потребители начнут следить за доходностью вкладов так же внимательно, как за ценами на бензин, банковский сектор может столкнуться с новым периодом давления.
