Прежде чем согласовать статус визита Си Цзиньпина в Вашингтон, стороны неделями торговались о протокольных деталях — вплоть до длительности поездки и формата торжественного ужина. По словам источников, эта тихая борьба за формулировки красноречивее любых итоговых заявлений говорит о том, чем на самом деле является нынешний саммит: обе стороны делают ставку на картинку, а не на содержание.
Лидер Китая Си Цзиньпин настаивал, чтобы его предстоящий визит в США был классифицирован именно как «государственный визит» — высшая категория дипломатического протокола, предполагающая почётный караул, салют из 21 орудия и официальную церемонию встречи на Южной лужайке Белого дома.
По прибытии 23 сентября Си получит именно то, чего добивался, — но согласование этого статуса заняло несколько недель. Как рассказали источники, участвовавшие в подготовке визита, стороны спорили о том, как именно называть эту поездку, прежде чем Вашингтон согласился на требования Пекина, — таким образом, это станет первым государственным визитом китайского лидера в США за более чем десятилетие. Именно эта тихая борьба вокруг формального ярлыка — куда больше, чем любые заявления, которые, вероятно, прозвучат в Вашингтоне на этой неделе, — по-настоящему отражает суть нынешнего саммита.
Красная дорожка в обмен на красную дорожку
Президент Трамп предлагает Си точно такой же приём по высшему разряду, какой сам получил в Пекине в мае, — и, по словам одного из высокопоставленных представителей Белого дома, прежде всего стремится произвести впечатление на китайского коллегу и сохранить стабильность в двусторонних отношениях в преддверии ноябрьских промежуточных выборов.
Настаивая на том, чтобы приём в его честь точь-в-точь повторял тот, что он сам устроил Трампу в Пекине — вплоть до продолжительности двухдневного визита и формата торжественного государственного ужина, — Си, по словам советников Пекина по внешней политике, рассчитывает создать образ китайского лидера, которого президент самой могущественной страны мира принимает как равного, — в тот момент, когда собственная власть Си остаётся прочной, но давление вокруг него нарастает.
Реальные разногласия остаются за скобками
Однако ни один из лидеров не готов сколько-нибудь заметно уступать в вопросах, определяющих суть двусторонних отношений: гонке за доминирование в передовых технологиях, прежде всего в сфере искусственного интеллекта, и расширяющемся соперничестве за геополитическое влияние, отмечают официальные лица с обеих сторон.
Уже сам факт того, что обе стороны настолько сосредоточены именно на внешней картинке, — само по себе отступление от привычной практики. Десятилетиями американские чиновники добивались прежде всего конкретных результатов, тогда как китайские лидеры ценили протокол, репутацию и уважение. На этот раз и Си, и Трамп хотят, чтобы встреча выглядела красиво, — необычное совпадение интересов для двух правительств, которые практически никогда и ни в чём не идут друг другу на уступки.
«Похоже, обе стороны ставят внешнюю форму во главу угла — даже выше содержания», — отметил Дэниел Кри́тенбринк, бывший высокопоставленный чиновник Госдепартамента по Восточной Азии, а ныне сотрудник консалтинговой компании Asia Group.
Активную роль посредника между двумя правительствами, по словам источников, участвовавших в подготовке визита, играл посол США в Китае Дэвид Пердью, а важную роль также сыграла глава аппарата Белого дома Сьюзи Уайлз.
Стратегия за фасадом любезностей
Кри́тенбринк видит за этой обходительностью определённую стратегию, называя её попыткой Трампа «навязать своего рода дисциплину» отношениям, с которыми многие из его собственных советников предпочли бы обходиться значительно жёстче.
Как отметил ещё один высокопоставленный представитель Белого дома, США стремятся подтвердить договорённости, достигнутые сторонами ранее в этом году, когда Си принимал Трампа в Пекине, — прежде всего перемирие по тарифам, которое до сих пор удерживает торговую войну от новой эскалации.
Внутриполитические ставки Си
Для Си значение саммита носит не только дипломатический, но и во многом внутриполитический характер. Он сталкивается с нарастающими проблемами внутри страны: буксующей экономикой, масштабной чисткой высшего военного командования и ожидаемой перестановкой в партийном руководстве на съезде партии в следующем году. Даже здоровье самого Си стало предметом спекуляций — после того как он неожиданно пропустил торжественный ужин во время недавней поездки в Индию. Саммит, демонстрирующий, что китайский лидер пользуется уважением за рубежом, по мнению Кри́тенбринка, послужит хорошим сигналом и для внутренней аудитории.
Скромное содержание переговоров
Любые содержательные договорённости, которые могут появиться по итогам визита, заранее рассчитаны быть весьма скромными. На подготовительной встрече в воскресенье министр финансов США Скотт Бессент и торговый представитель США Джеймисон Грир встретились со своим китайским коллегой, вице-премьером Хэ Лифэном, и по итогам встречи Бессент охарактеризовал переговоры по торговле и ИИ как «весьма успешные».
Грир сообщил, что американо-китайский «Торговый совет», о создании которого было объявлено после пекинского саммита Трампа и Си, уже функционирует. Команды с обеих сторон работают над упрощением торговли товарами с относительно низкими ставками и не относящимися к чувствительным категориям: потребительскими и низкотехнологичными товарами из Китая — в обмен на американские энергоносители, сельскохозяйственную продукцию и, возможно, медицинское оборудование. Оба правительства выделили сельское хозяйство как перспективную область для роста торговли.
Однако более сложные вопросы на переговорах подниматься не будут. По словам Грира, экспортные ограничения США на полупроводники — самый мощный рычаг давления Вашингтона — даже не значатся в повестке переговоров.
ИИ: разное понимание «безопасности»
Обсуждение вопросов ИИ — одного из наиболее острых источников трений между странами — наглядно показывает, насколько трудно даётся даже скромное сотрудничество в этой сфере. На встрече в Пекине оба лидера договорились о некой форме диалога по вопросам ИИ, однако с тех пор мало что было реально сделано.
Бессент и китайский вице-премьер Хэ обсудили необходимость новой встречи по этому вопросу. Однако создание устойчивого канала коммуникации наталкивается на фундаментальное препятствие: Вашингтон и Пекин попросту вкладывают разный смысл в само понятие «безопасность ИИ». Для США опасность заключается прежде всего в угрозе национальной безопасности; для Пекина же этот термин неотделим от контроля Компартии над информацией, данными и высказываниями.
Наиболее конкретной идеей, предложенной Бессентом китайскому коллеге, стала система оповещения — по сути, своего рода «горячая линия» по вопросам ИИ, — которая позволяла бы сторонам предупреждать друг друга в случае инцидента, затрагивающего вопросы национальной безопасности.
Вопросы, где никто не готов уступать
Вопросы, наиболее важные для каждого из лидеров, — это одновременно и те области, где другая сторона готова уступать меньше всего. Трамп хочет, чтобы Китай — один из важнейших источников экономической поддержки для Ирана — оказал давление на Тегеран, поскольку противостояние США с Ираном уже длится седьмой месяц. Ожидается, что Си, в свою очередь, продолжит попытки склонить Трампа к более чёткому публичному осуждению независимости Тайваня и добиваться от Вашингтона приостановки давно застопорившегося пакета поставок оружия самоуправляемому демократическому острову, который Пекин считает своей территорией.
Главный вопрос, нависающий над визитом, — принесут ли эти более скромные, постепенные шаги, включая создание торгового совета и обещание продолжать диалог по ИИ, что-то большее, нежели просто красивую картинку.
«Разговоры об ИИ, торговле и технологиях полезны сами по себе — но разговоры не заменяют ни стратегии, ни реального результата», — отметил Майрон Бриллиант, бывший высокопоставленный представитель Торговой палаты США. «Чтобы поставить отношения на более прочную основу, необходимы более чёткие гарантии в сфере национальной безопасности, более надёжное управление рисками и более стабильная система для конкуренции между странами».
