Вопрос на 1 триллион. Кремль предлагал Белому дому инвестиции и промышленное сотрудничество для завершения войны (The Wall Street Journal — о переговорах в формате США — Украина — Россия).
Три влиятельных бизнесмена — двое американцев и один россиянин — склонились над ноутбуком в Майами-Бич, якобы для того, чтобы разработать план прекращения долгой и кровопролитной войны России с Украиной. Но, по словам осведомлённых источников, их замысел был гораздо шире. Они втайне прокладывали путь к возвращению российской экономики объёмом $2 трлн в мировую систему — с приоритетом для американских компаний, которые должны были опередить европейских конкурентов и получить главные дивиденды.
В своём особняке на берегу океана миллиардер-девелопер и специальный посланник Стив Виткофф принимал Кирилла Дмитриева — главу российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) и доверенного переговорщика Владимира Путина, который фактически и подготовил документ, редактируемый на экране. Джаред Кушнер, зять президента, приехал из своего дома на соседнем острове, известном как «Бункер миллиардеров».
Дмитриев продвигал идею, чтобы американские компании получили доступ к замороженным в Европе примерно $300 млрд активов Центробанка РФ для совместных американо-российских инвестиционных проектов и реконструкции Украины под руководством США.
Американские и российские компании могли бы вместе осваивать огромные запасы полезных ископаемых в Арктике. По словам Дмитриева, у двух давних противников не было никаких ограничений: соперничающие космические отрасли, которые в годы холодную войну соревновались друг с другом, могли бы даже отправить совместную миссию на Марс вместе со SpaceX Илона Маска.
Для Кремля переговоры в Майами стали кульминацией стратегии, разработанной ещё до инаугурации Трампа: обойти традиционный аппарат национально-безопасный аппарат США и убедить новую администрацию видеть в России не военную угрозу, а страну огромных возможностей. Предлагая многомиллиардные сделки по редкоземельным металлам и энергетике, Москва рассчитывала перекроить экономическую карту Европы и одновременно вбить клин между США и их традиционными союзниками.
«Россия обладает колоссальными ресурсами и огромными территориями», — говорил Виткофф в интервью The Wall Street Journal, подробно описывая свою мечту о том, чтобы Россия, Украина и США стали бизнес-партнёрами.
«Если мы всё это сделаем, все будут процветать и участвовать в процессе, у всех будет выгода — это само по себе станет надёжным барьером против будущих конфликтов. Потому что все будут жить в достатке».
Когда в начале ноября утёк 28-пунктный план, он вызвал мгновенные протесты. Лидеры Европы и Украины заявили, что документ почти полностью повторяет российские тезисы и грубо игнорирует «красные линии» Киева. Даже после заверений официальных лиц администрации, что план «не высечен в камне», европейцев не успокоило: Россию, насильственно перекроившую границы Европы, собирались наградить коммерческими преференциями.
Премьер-министр Польши Дональд Туск лаконично резюмировал настроения Запада: «Мы знаем: это не про мир. Это про бизнес».
Для многих в администрации Трампа такое смешение бизнеса и геополитики — не ошибка, а главная фишка.
Ключевые советники президента видят шанс для американских инвесторов сорвать куш в послевоенной России и стать коммерческими гарантами мира. Россия чётко дала понять Виткоффу и Кушнеру, что предпочитает видеть на своих рынках именно американские компании, а не европейские, лидеры которых «слишком много болтали гадостей» о мирных усилиях.
«Это классическое “Искусство сделки” Трампа, — говорит один из собеседников. — Мол, я заканчиваю эту войну, а Америка получает за это огромные экономические бонусы».
Остаётся вопрос истории: искренне ли Путин поддерживал такой подход ради мира или использовал его, чтобы усыпить бдительность США и продолжать войну, которую считает своим историческим предназначением медленно, но верно выиграть.
Признаком серьёзности намерений Москвы стало то, что самые доверенные друзья Путина — попавшие под санкции петербургские миллиардеры Геннадий Тимченко, Юрий Ковальчук и братья Ротенберги — направили своих представителей на тихие встречи с американскими компаниями для обсуждения добычи редкоземельных металлов и энергетики. В том числе речь шла о возрождении взорванного украинскими диверсантами и находящегося под санкциями ЕС гигантского газопровода Nord Stream.
Ранее в этом году Exxon Mobil встречалась с «Роснефтью» по поводу возможного возвращения к гигантскому проекту «Сахалин-1», если Москва и Вашингтон дадут добро.
Среди бизнесменов, близких к администрации Трампа, активно ищут возможности стать новыми экономическими мостиками между США и Россией: Гентри Бич, друг детства Дональда Трампа-младшего и донор его отца, ведёт переговоры о покупке доли в арктическом СПГ-проекте, если с него снимут санкции.
Инвестор Стивен Линч заплатил $600 тыс. лоббисту, близкому к Трампу-мл., чтобы получить лицензию Минфина США на покупку Nord Stream 2.
Нет доказательств, что Виткофф, Белый дом или Кушнер знают об этих усилиях или координируют их.
Виткофф, который в этом году ни разу не был на Украине, на этой неделе в шестой раз отправляется в Россию и снова встретится с Путиным. Он настаивает, что не отдаёт предпочтения одной стороне: «Украинцы героически сражались за свою независимость. Теперь пришло время закрепить достигнутое дипломатией». Он вдохновлял украинских чиновников идеей, что солдаты могут сложить оружие и получать зарплаты уровня Кремниевой долины, управляя построенными американцами центрами обработки данных на базе ИИ.
Официальный представитель Белого дома Анна Келли: «Администрация Трампа собирала предложения от обеих сторон, чтобы выработать мирное соглашение, которое остановит убийства и завершит войну. Как сказал президент, за последнюю неделю достигнут большой прогресс, и соглашение будет дорабатываться после дальнейших консультаций».
Многие ведомства внутри администрации Трампа имели лишь ограниченное представление о том, что Виткофф обсуждает с Москвой. Перед августовским саммитом в Аляске Виткофф и Дмитриев готовили крупнейший в истории двусторонний обмен пленными, но ЦРУ и Госдепартамент не были полностью в курсе. О некоторых встречах Виткоффа с россиянами в Казначействе США узнавали… от британских коллег.
После Аляски европейское разведывательное агентство распространило среди высших чиновников безопасности континента секретный доклад в бумажном конверте: внутри — детали коммерческих планов администрации Трампа с Россией, включая совместную добычу редкоземельных металлов в Арктике.
Специальный посланник по Украине генерал-лейтенант в отставке Кит Келлог был практически отстранён от серьёзных переговоров и вскоре уходит в отставку.
Кирилл Дмитриев, выпускник Goldman Sachs, Гарварда и Стэнфорда, говорил на языке бизнеса. Именно он в феврале привёз Виткоффа на трёхчасовую встречу с Путиным, а в апреле — в Белый дом (для этого Казначейство временно сняло с него санкции). Там Дмитриев представил список многомиллиардных совместных проектов. Госсекретарь Марко Рубио потребовал от него доказательств серьёзности намерений Путина, но Дмитриев считал, что «бизнес-rapport» работает.
С тех пор переговоры шли по телефону и лично. Дмитриев открыто говорил WSJ: «Если найдём решение по Украине, экономическое сотрудничество США и России может стать фундаментом наших отношений на десятилетия вперёд. Мы считаем, что в Арктике можем сотрудничать практически во всём».
Американские и российские бизнесмены уже готовились к «застолбить» будущие активы: Exxon, фонд Тодда Боли и другие изучали покупку зарубежных активов «Лукойла», Elliott — долю в газопроводе из России в Европу, Тимченко и Ротенберги предлагали американцам газовые месторождения в Охотском море и редкоземельные проекты под Норильском и ещё в шести точках Сибири.
Саммит Трампа и Путина в Аляске 15 августа провалился почти сразу: Путин начал с тысячелетней лекции об «едином народе», обед и послеобедную сессию отменили, Виткофф улетел в неопределённости.
В октябре Зеленский прилетал в Вашингтон просить крылатые ракеты Tomahawk, чтобы бить по российским НПЗ. Трамп уже поговорил с Путиным и отказал. Виткофф посоветовал украинцам просить вместо этого 10-летнее освобождение от американских пошлин — «это взорвёт вашу экономику». «Я занимаюсь заключением сделок. Поэтому я здесь, — сказал он журналистам. — Мы продолжаем стучаться в дверь и предлагать новые идеи».
