В день парламентских выборов в Швеции тень организованной преступности накрывает избирательные участки: несмотря на официальную статистику о резком снижении числа перестрелок, жители неблагополучных районов признаются, что страх никуда не делся. А правые, ужесточившие миграционную политику и уголовный кодекс, неожиданно начали отыгрывать утраченные позиции.
В нескольких километрах от Стокгольма, в городе Сёдертелье (100 тысяч жителей), начало учебного года 17 августа прошло совсем не так, как должно быть. У входа в школу произошла перестрелка: пострадал подросток, задержаны две 14-летние девочки. Этот инцидент — далеко не первый в городе, глубоко травмированном насилием группировок, — всколыхнул предвыборную кампанию перед сегодняшними, крайне напряжёнными выборами, на которых фаворитами считаются социал-демократы, а блок правых возглавляют ультраправые.
«Правительство гордится тем, что ситуация в стране в целом улучшилась, но я живу с тем же страхом, что и четыре года назад», — говорит 33-летняя Марьям Сасвейр, живущая рядом со школой. По её словам, в марте среди ночи в двадцати метрах от её дома взорвалась бомба: она проснулась в настоящей панике и не могла уснуть ещё двое суток.
Вскоре после перестрелки консервативный министр юстиции Гуннар Стрёммер заявил, что, хотя число перестрелок удалось сократить на 80%, насилие никуда не исчезло — оно продолжает «тлеть под поверхностью». На следующий день в Сёдертелье приехал лидер ультраправых «Шведских демократов» Джимми Окессон, чтобы использовать общественное недовольство в свою пользу: он признал, что ситуация улучшилась и уже не так хаотична, как в 2022 году, но подчеркнул, что сделать предстоит ещё очень много.
Цифры против ощущений
После выборов четырёхлетней давности в Швеции сформировалось правое правительство — коалиция консерваторов, христианских демократов и либералов, опирающаяся на поддержку «Шведских демократов», второй по силе партии в парламенте после социал-демократов. Одним из главных предвыборных обещаний коалиции было снижение уровня насилия, долгие годы державшего в напряжении всю скандинавскую страну.
Формально статистика на стороне правительства: хотя Швеция по-прежнему остаётся страной ЕС с самым высоким уровнем убийств с применением огнестрельного оружия, в 2022 году в стране произошёл 391 обстрел, унёсший жизни 62 человек, тогда как за первые восемь месяцев этого года зафиксировано 48 нападений с оружием и 12 погибших.
Но пока правительство говорит об успехе своих мер, реальность на местах выглядит куда тревожнее. С момента прихода коалиции к власти в самом Сёдертелье от огнестрельных ранений погибли пять человек, а в этом году в городе прогремело около десятка взрывов.
«Мы лечим симптомы, а не саму болезнь»
Социал-демократический депутат муниципалитета Сёдертелье Элоф Хансьонс предупреждает: судить о силе преступных группировок по числу перестрелок — большая ошибка. По его словам, самым сильным криминальным структурам насилие как раз невыгодно, поскольку оно привлекает лишнее внимание, а снижение числа стрельбы вовсе не обязательно означает ослабление организованной преступности — напротив, группировки вполне могут в это время укрепляться экономически.
Его советник Насиф Касарджи обращает внимание на трансформацию преступных группировок: если раньше их основным бизнесом были наркоторговля и проституция, то сейчас их куда больше интересуют отмывание денег, социальное мошенничество и чёрный рынок недвижимости. По его словам, национальная дискуссия зациклена на перестрелках, тогда как об экономической преступности — истинном двигателе бандитских структур — говорят гораздо меньше. Касарджи считает институциональное отрицание проблемы главной неудачей: по его мнению, худшее, что может сделать муниципалитет, — сделать вид, что у него этой проблемы нет, ведь свободных от неё территорий в стране просто не существует.
Согласно ноябрьскому полицейскому отчёту, из более чем 10,6 миллиона жителей страны какая-либо связь с преступными группировками есть у 67 500 человек — то есть у каждого 157-го шведа. Из них 17 500 считаются «активными участниками» банд, и с 2022 года эти цифры продолжают расти.
Ричард Хольц, полицейский инспектор и руководитель совместной операции почти десяти ведомств — включая налоговую службу, соцстрах и службу занятости — против параллельных структур и организованной преступности в Сёдертелье, формулирует главную проблему так: концентрируясь только на перестрелках, власти на самом деле борются лишь с симптомами болезни. По его словам, наиболее изощрённые преступные группировки стремятся коррумпировать местные институты или проникнуть в них, и если государство действительно хочет их ослабить, необходимо идти по денежному следу и не допускать незаконного получения бандами государственного финансирования. Полиция, подчёркивает Хольц, не может решить эту задачу в одиночку — поэтому она работает совместно с налоговыми, таможенными и другими ведомствами, отвечающими за экономические преступления, регулярно участвуя во встречах с местными властями Сёдертелье для обмена информацией.
Хольц также отмечает, что недавние законодательные реформы дали полиции больше инструментов для борьбы с мафией: правое правительство ужесточило уголовный кодекс, расширило возможности прослушивания коммуникаций, увеличило штат полиции и её бюджет. Кроме того, в четверг вступило в силу снижение возраста уголовной ответственности до 14 лет.
Вербовка через экран
История с двумя задержанными в августе в Сёдертелье подростками — далеко не единичный случай. По словам Хольца, за последние три-пять лет радикально изменилась роль цифровых платформ в вербовке новых членов банд. Если раньше вовлечение подростков в криминальные структуры требовало личного контакта и времени, то сегодня достаточно экрана смартфона: группировки могут завербовать несовершеннолетнего из любой точки страны через социальные сети, предложить ему деньги и убедить совершить убийство или теракт со взрывчаткой.
Ставка на миграционную политику
Для действующего правительства борьба с организованной преступностью неразрывно связана с радикальным пересмотром миграционной политики. В июне парламент принял закон, позволяющий властям задним числом отказывать в виде на жительство или аннулировать его на основании расплывчатого критерия «недостойного поведения», включающего, в частности, наличие непогашенных долгов или работу без официального оформления. В тот же день был принят ещё один закон, обязывающий сотрудников государственной службы занятости, соцстраха, пенитенциарной службы, пенсионного и налогового ведомств сообщать о любом человеке, подозреваемом в отсутствии легального статуса.
Тезис о связи преступности с миграцией опирается, в частности, на работы либерально-консервативного аналитика Нимы Санандаджи, который в июне опубликовал исследование корреляции между уровнем насилия и долей населения иностранного происхождения в 290 муниципалитетах страны: районы с более высокой долей иностранцев показывают и более высокий уровень преступности. Впрочем, в переписке сам Санандаджи признаёт, что преступность связана также с безработицей, низким уровнем образования и зависимостью от социальных пособий.
Интрига до последнего дня
Ещё несколько месяцев назад опросы однозначно указывали, что, несмотря на заметное снижение числа перестрелок, правое правительство не удержится у власти по итогам сегодняшних выборов. Однако в последние недели рейтинг социал-демократов резко просел, а шансы консерваторов, христианских демократов и либералов остаться у власти заметно выросли. Если коалиции всё же удастся сохранить власть, произойдёт это на новых условиях: «Шведские демократы» уже дали понять, что на этот раз не удовлетворятся ролью партии, лишь поддерживающей коалицию в парламенте, а потребуют непосредственного участия в правительстве.
