Левые и консерваторы подходят к воскресным выборам в Берлине практически на равных, а ультраправая «Альтернатива для Германии» может удвоить результат. На фоне взлетевших цен на аренду «Левые» сделали ставку именно на жилищный кризис — и кандидат Элиф Эральп может стать первым в истории немецко-турецким мэром столицы.
Борьба с дефицитом жилья способна впервые в истории привести партию «Левые» (Die Linke) к власти в правительстве земли Берлин по итогам воскресных выборов. Её кандидатка, Элиф Эральп, может стать первым немецко-турецким бургомистром германской столицы. Но никогда прежде эти выборы не были настолько напряжёнными: «Левые» и консерваторы — партия, находящаяся у власти в настоящий момент, — идут практически вровень по опросам, за ними вплотную следуют ультраправая «Альтернатива для Германии» (АдГ), способная удвоить свою поддержку, и «Зелёные».
Мобилизация на фоне тревоги
Левые силы рассчитывают на более высокую явку своих избирателей — на фоне тревоги, вызванной недавней победой ультраправых на выборах в земле Саксония-Анхальт. «Это стало бы очень ясным сигналом, если бы в Берлине бургомистром стал человек с миграционными корнями, ведь политика АдГ строится прежде всего на противостоянии людям с миграционным прошлым», — заявила недавно Эральп.
Эксперты также ожидают, что этот фактор скажется на итогах голосования. «Наблюдается небольшой эффект мобилизации против АдГ», — поясняет политолог Петер Матушек, исследователь социологического института Forsa.
Разнородный город с разными настроениями
Берлин — крайне неоднородный по своему составу город, что напрямую отражается на результатах голосования. Наиболее вероятной коалицией, способной сменить правительство консерватора Кая Вегнера, аналитики называют союз «Левых», «Зелёных» и социал-демократов. Сам Вегнер подвергся резкой критике после того, как играл в теннис в то время, когда часть Берлина осталась без электричества из-за атаки на энергетическую инфраструктуру в разгар похолодания, — в итоге кандидатом от консерваторов на этих выборах стал уже не он, а Штефан Эверс. «Люди недовольны этим правительством из-за невыполненных обещаний в таких сферах, как образование и жильё», — отмечает Матушек.
Вопреки той картине, которую пытается продать ультраправая партия, жителей Берлина не слишком тревожит сама по себе миграция — с ней город сосуществует уже много лет. Куда больше их беспокоит сложность с поиском жилья. В городе, где более 80% населения снимает квартиры — один из самых высоких показателей в Германии, — поиск жилья давно превратился в настоящий кошмар. По официальным данным, нынешняя средняя арендная плата на 69% выше, чем в 2016 году. Да, в других немецких городах жильё стоит ещё дороже, но в Берлине при этом сравнительно низкие средние зарплаты, а безработица держится на уровне 10,6%.
Именно поэтому партия «Левые» — отчасти наследница бывшей посткоммунистической партии Восточной Германии — сделала жилищную проблему своим главным предвыборным коньком.
Рост населения без нового строительства
Проблема с поиском жилья тесно связана с резким ростом населения Берлина: с 2011 года город прибавил почти полмиллиона жителей, достигнув отметки в 3,9 миллиона человек, — при этом новое жилищное и инфраструктурное строительство практически не велось.
Кроме того, Берлин принял тысячи беженцев — сначала из Сирии, затем преимущественно из Украины. В прошлом году в столице находилось около 177 тысяч беженцев. С учётом других иностранцев их общее число приближается к миллиону. Таким образом, немецкая столица представляет собой подлинно мультикультурный город: 41,7% её жителей — либо иностранцы, либо имеют миграционные корни, как и сама кандидатка от «Левых».
Восток за АдГ, запад — за консерваторов
Но ни один город не застрахован от подъёма ультраправых настроений — даже Берлин, где, по данным опросов, АдГ может удвоить прежний результат, поднявшись примерно до 18% — совсем немного отставая от «Левых» (20–23%) и консерваторов, также претендующих примерно на 20%.
Чтобы понять эти цифры, важно учитывать: Берлин — это не только популярные центральные районы, где доминируют «Левые» и «Зелёные» и расположены знаменитые клубы электронной музыки и андерграундная культура, ежегодно привлекающая тысячи туристов. Германская столица включает в себя и западные районы, где традиционно сильны консерваторы, и восточные, склоняющиеся к АдГ.
Округ, объединяющий районы Марцан и Хеллерсдорф на востоке Берлина, с населением почти 300 тысяч человек, — главная вотчина АдГ. На прошлых региональных выборах партия набрала там 19,2%, и, по прогнозам, теперь этот показатель может вырасти до 36%.
Голоса на местах
«Главные проблемы здесь — это иммиграция и жильё», — объясняет 65-летняя Мартина (попросившая не называть фамилию), всю жизнь прожившая в Марцане. Именно это, по её словам, и мотивирует её голосовать за АдГ. «Они реально занимаются проблемой иммиграции, и для меня это лучшая альтернатива», — говорит она, хотя доля иностранцев в этом районе составляет всего около 20% — относительно невысокий показатель по сравнению с другими частями города.
Александр, также предпочитающий не называть фамилию, считает одной из главных проблем нехватку школ и критикует то, что вместо образовательных учреждений в городе строят центры для размещения беженцев — при этом сам он не считает, что в городе есть проблема с миграцией как таковой. 48-летний немец также намерен голосовать за АдГ.
По мнению Гордона Лемма, кандидата от Социал-демократической партии Германии (СДПГ) в этом округе, избиратели АдГ «обладают очень сильным присутствием в соцсетях и сумели увести политическую и общественную повестку от реальных проблем, требующих обсуждения, сведя их к чистым эмоциям — прежде всего негативным: страху, неприятию, тревоге». «А люди, испытывающие страх, гораздо хуже воспринимают рациональные аргументы», — добавляет он.
Впрочем, голосуют за АдГ далеко не все. Зигрид Кусман, родом из Хемница, но живущая в Марцане с 1973 года, признаётся: хотя традиционно она голосовала за СДПГ, пока не решила, за кого отдаст голос на этот раз. Но за АдГ она не проголосует ни при каких обстоятельствах. В свои 88 лет она обеспокоена ростом ультраправых настроений и будущим своих двух дочерей и трёх внуков. «Я, например, сама пережила Вторую мировую войну. Это было очень тяжело. Забыть всё пережитое Германией — это уже само по себе большая проблема», — говорит она.
