Леопольд Ашенбреннер обещал друзьям купить галактики, предсказывал скорое пришествие сверхразума и собрал под управление хедж-фонда $45 млрд — но за два дня до собственной свадьбы с сотрудницей Anthropic его фонд рухнул под тяжестью заёмных средств, а спасать положение пришлось Citadel.
Последние несколько лет на вечеринках и деловых ужинах в Сан-Франциско Леопольд Ашенбреннер неизменно ставил собеседников в тупик, делясь своей любимой, на первый взгляд, безумной идеей. Он хотел купить галактики. Некоторые из его друзей не всегда понимали, что делать с межгалактическими амбициями Ашенбреннера. Однажды он вышел из комнаты, а оставшиеся принялись спорить: имел ли он в виду настоящие галактики или какой-то тип частного самолёта. Нет, заверил он их, вернувшись. Он имел в виду именно галактики.
Его идея заключалась в том, что достижения в области искусственного интеллекта вскоре откроют доступ к ресурсам космического масштаба, что позволит человечеству колонизировать далёкие планеты. Он планировал копить деньги уже сейчас, чтобы позже потратить их на галактики, — и таким образом оставить свой след во всей вселенной.
Почти для всех, кто не варится в ИИ-пузыре Кремниевой долины, идея скупки прав собственности за пределами Земли может показаться маловероятной. Но в мире Ашенбреннера подобная страстная вера была одной из причин, по которой 24-летнего инвестора превозносили как визионера.
С момента окончания Колумбийского университета в 2021 году, где он в 19 лет стал лучшим выпускником курса, он успел пробиться в самые верхние эшелоны технологической индустрии. Он какое-то время работал из резиденции ныне осуждённого основателя криптобиржи Сэма Бэнкмана-Фрида на Багамах, а затем — из офиса OpenAI в Сан-Франциско. По словам людей, работавших с ним, даже несмотря на репутацию «смутьяна» среди части его руководителей, он умел сближаться с ключевыми фигурами индустрии.
Тесные связи, подпитывавшие репутацию оракула
Два года назад он сделал смелые прогнозы о скором наступлении эры сверхразума в 165-страничном манифесте под названием «Ситуационная осведомлённость» (Situational Awareness). Этот интерес он быстро превратил в деньги для хедж-фонда, который в итоге управлял активами на $45 млрд.
Ему едва исполнился возраст, позволяющий легально покупать алкоголь в США, и до этого у него не было никакого инвестиционного опыта — но именно тесные связи внутри индустрии подпитывали его репутацию оракула искусственного интеллекта. Он смешивал личное и профессиональное в городе, где эти два мира редко держат порознь.
«Есть, возможно, несколько сотен людей — по большей части в Сан-Франциско, в ИИ-лабораториях, — обладающих «ситуационной осведомлённостью», — писал он в своём разошедшемся по сети эссе. — По воле каких-то странных сил судьбы я оказался среди них».
Когда в прошлом месяце хедж-фонд Ашенбреннера рухнул, ветераны Уолл-стрит восприняли это как очередную поучительную историю о гордыне — ещё один пример неопытного и самоуверенного инвестора, взявшего на себя слишком большой риск при чрезмерном использовании заёмных средств. Регуляторы рынка ценных бумаг также ведут расследование торговой деятельности его фонда Situational Awareness, хотя официальных обвинений в нарушениях пока не выдвигали. «Мы работаем в жёстко регулируемой отрасли и будем в полной мере сотрудничать с любыми регуляторными запросами», — заявили в компании.
Но в самой Кремниевой долине статус Ашенбреннера лишь вырос — среди узкого круга элитных исследователей и руководителей, разделяющих его убеждённую веру в будущее, где будет доминировать ИИ.
Из своего особняка в холмистой части Сан-Франциско и офиса в центре города он принимал влиятельных гостей и особенно сблизился с сотрудниками ИИ-гиганта Anthropic. Многие из них присутствовали на его свадьбе в начале этого месяца, где Ашенбреннер женился на руководителе аппарата генерального директора Anthropic Дарио Амодея.
Но к моменту, когда он шёл к алтарю, его фонд уже лежал в руинах: двумя днями ранее Situational Awareness взорвался изнутри.
«Слишком высокий мак»
Ашенбреннер вырос в Берлине, где выделялся как один из самых блестящих юных умов страны в науке. Но чувствовал себя не на своём месте, объясняя желание уехать из Германии национальным «синдромом слишком высокого мака» — представлением о том, что успешных людей критикуют и «подрезают». «Там действительно, действительно, действительно ненавидят всех, кто отклоняется от нормы», — говорил он в одном из подкастов в 2021 году.
Он поступил в Колумбийский университет всего в 15 лет. Преподаватели вспоминают его как одного из самых блестящих студентов бакалавриата, которых им доводилось встречать. Пока он в своём блоге критиковал сокурсников, тратящих время на просмотр Netflix, сам он «запоем» увлёкся кое-чем другим, что впоследствии оказалось куда важнее для его карьеры, — движением эффективного альтруизма.
Ашенбреннер заинтересовался идеями этого философского направления, стремящегося использовать данные и рациональные аргументы для максимизации блага в мире. Одно из направлений движения — снижение долгосрочных рисков, которые люди обычно игнорируют, включая риск того, что ИИ выйдет из-под контроля и «объявит войну» человечеству.
На третьем курсе Ашенбреннер вместе с другом Коллином Бёрнзом раздавал листовки студенческого клуба эффективного альтруизма Колумбийского университета на ярмарке студенческих организаций (сам Ашенбреннер утверждает, что не считает себя эффективным альтруистом). Вскоре они организовали для клуба посещение субботней лекции шотландского философа Уилла Макаскила, чьи идеи легли в основу движения ЭА, — лекции под названием «Этика следующего миллиарда лет».
Окончив университет в 2021 году, он ещё не был уверен, чем займётся дальше. Ашенбреннера приняли в Йельскую школу права, и он всерьёз рассматривал это предложение. Вместо этого он отправился в Залив Сан-Франциско.
Багамы, FTX и разрыв с Бэнкманом-Фридом
Спустя всего несколько месяцев после выпуска Ашенбреннер уже вёл групповую переписку с Сэмом Бэнкманом-Фридом, обсуждая контакты в правительстве Багамских островов, — как раз в то время основатель криптобиржи FTX отправлялся на биткоин-майнинговую ферму в Казахстане.
Ашенбреннер присоединился к FTX Future Fund — благотворительному фонду, финансировавшемуся преимущественно самим Бэнкманом-Фридом. Фонд ставил перед собой амбициозную цель — раздать до $1 млрд лишь в 2022 году. Одним из главных приоритетов была безопасность искусственного интеллекта.
Future Fund управляла небольшая группа эффективных альтруистов, включая философа Макаскила и Авиталь Балвит — будущую жену Ашенбреннера. Эта работа сблизила Ашенбреннера с самим криптомагнатом.
Ашенбреннер жил вместе с Балвит на Багамах, в роскошном курортном комплексе площадью 600 акров, который руководители FTX называли своим домом. Согласно материалам судебного процесса над Бэнкманом-Фридом, Ашенбреннер и Бэнкман-Фрид состояли вместе в 17 групповых чатах в мессенджере Signal — включая чаты под названиями «EA Discussion» («Обсуждение ЭА») и «Anthropic Chat» («Чат про Anthropic»).
В 2021 году Бэнкман-Фрид согласился купить примерно 8-процентную долю в ИИ-стартапе Anthropic за $500 млн. В ноябре 2022 года FTX рухнула, обанкротившись. Её долю в Anthropic стоимостью $500 млн позднее продали за $1,3 млрд группе инвесторов, в число которых входила Jane Street — количественная трейдинговая компания, в своё время нанимавшая Бэнкмана-Фрида, а позже инвестировавшая и в хедж-фонд самого Ашенбреннера.
Когда FTX рухнула, Ашенбреннер вместе со всеми своими коллегами по Future Fund подал в отставку. В подкасте 2024 года он рассказывал, что к тому моменту у них с Бэнкманом-Фридом уже произошёл разлад — из-за разногласий по поводу грантов на биобезопасность.
Ждать следующей возможности ему пришлось недолго: в том же месяце OpenAI выпустила ChatGPT, положив начало «золотой лихорадке» искусственного интеллекта.
OpenAI, обвинения в шпионаже и увольнение
В 2023 году Ашенбреннер устроился на работу в OpenAI и в итоге присоединился к новой команде под руководством Ильи Суцкевера, главного научного сотрудника компании. Команда отвечала за «выравнивание» (alignment) — обеспечение того, чтобы модели ИИ вели себя предсказуемым, задуманным образом. По словам людей, знакомых с ситуацией, поначалу руководители OpenAI не совсем понимали, как относиться к Ашенбреннеру.
Он вызвал недовольство, начав предупреждать о возможном присутствии в компании китайских шпионов. В итоге Ашенбреннер поделился с советом директоров OpenAI подготовленной им запиской с критикой недостаточных протоколов безопасности внутри компании, что привело к предупреждению со стороны отдела кадров. В подкасте 2024 года Ашенбреннер рассказывал, что ему заявили, будто беспокоиться о шпионаже со стороны Компартии Китая — расистская позиция.
В ноябре 2023 года, когда генерального директора OpenAI Сэма Альтмана внезапно уволили, сотни сотрудников подписали открытое письмо, требуя от совета директоров восстановить его в должности. Ашенбреннер письмо не подписал.
После назначения временного генерального директора руководители OpenAI, по словам источников, знакомых с ситуацией, узнали от нескольких очевидцев, что Ашенбреннер, судя по всему, приветствовал замену Альтмана. Это вызвало подозрения относительно того, кто кому был лоялен, — даже после того, как Альтмана восстановили в должности гендиректора. Те, кто в последующие недели пытался разобраться в кризисе, частично сосредоточились на роли Ашенбреннера и пришли к выводу, что он контактировал как минимум с одним из директоров, проголосовавших за увольнение Альтмана.
В OpenAI Ашенбреннера уволили после того, как он поделился информацией, которую руководство компании сочло конфиденциальной, с Холденом Карновски — влиятельной фигурой в мире эффективного альтруизма, женатым на президенте Anthropic Даниэле Амодей. Спустя несколько месяцев Карновски присоединился к своей жене в Anthropic. Сам Ашенбреннер утверждал, что переданная им информация не была конфиденциальной.
По его собственным словам в подкасте, при увольнении он отказался от предложенного OpenAI пакета акций стоимостью почти $1 млн, поскольку не желал подписывать сопутствующее этой выплате соглашение о неразглашении.
Манифест, фонд и свадьба
Мировоззрение, легшее в основу его нашумевшего эссе, Ашенбреннер сформулировал ещё во время работы в OpenAI. Он подробно расспрашивал коллег о будущих стратегических планах компании. Записи, в которых он свёл воедино свои мысли, легли в основу его вирусного манифеста.
Свой фонд он запустил, дав почти пятичасовое интервью в популярном подкасте своего друга Дваркеша Пателя. Их дружба окрепла после того, как Патель в начале карьеры получил небольшой грант от Future Fund.
Фонд активно скупал акции публичных компаний по всей цепочке поставок ИИ — от производителей полупроводников до энергетических и программных компаний, а также инвестировал в частные компании. Жемчужиной портфеля была доля в самой Anthropic.
Многие компании, в которые инвестировал Situational Awareness, также вели дела с Anthropic и OpenAI — среди них CoreWeave, Cerebras, а также более мелкие компании из сферы дата-центров, такие как Fluidstack.
В круг общения Ашенбреннера постепенно вошли одни из самых влиятельных фигур Anthropic. На его светские мероприятия приглашали даже некоторых топ-сотрудников OpenAI.
Крах
После нескольких лет успеха, вдохновивших одного из ведущих подкастов прозвать его «Нострадамусом ИИ», фонд Situational Awareness погубили силы за пределами его тесно замкнутого мира — те, которых он не разглядел заранее.
В июле рынок потрясло появление дешёвых, но мощных ИИ-систем, разработанных в Китае. С сильно концентрированным портфелем, сделавшим большую долгосрочную ставку на ИИ и использовавшим значительное кредитное плечо, фонд Ашенбреннера оказался крайне уязвим в разгар жёсткой распродажи технологических акций.
Отчаянно нуждаясь в наличности, чтобы удовлетворить требования кредиторов о довнесении маржи, он рассматривал возможность распродажи доли в Anthropic стоимостью $3,5 млрд, но в итоге решил вместо этого сбросить большую часть своего портфеля публичных компаний. Компания Citadel согласилась выкупить его со скидкой. Когда акции ИИ-компаний из портфеля Ашенбреннера впоследствии выросли, это помогло сделать июль лучшим месяцем за многие годы для флагманского фонда Citadel.
К моменту, когда рано утром в четверг он подписывал соответствующие документы, Ашенбреннер уже готовился к собственной свадьбе, назначенной на выходные.
По мере приближения торжества друзья, бывшие коллеги и другие представители кремниевой интеллигенции стекались в отель, где проходила свадьба. Церемонию провёл Росс Даутэт — бывший колумнист New York Times, недавно перешедший в программу «60 минут». Он связался с Ашенбреннером после прочтения его манифеста, а познакомились они в прошлом году, когда семья Даутэта путешествовала по Калифорнии на автомобиле, рассказал сам журналист.
Когда пара попросила его провести церемонию, он был удивлён и обратился за советом к другу-священнику, который сказал ему, что стоит согласиться, если он способен духовно поддержать молодых. «Надеюсь, я хоть немного этому поспособствовал, — сказал Даутэт, — даже если обстоятельства самой свадьбы в итоге оказались весьма необычными».
Когда пришло время поднимать тосты за молодожёнов, один из выступавших поблагодарил генерального директора Citadel Кена Гриффина — за то, что тот всё это сделал возможным. Другой гость с восторгом рассказывал о вещи куда более романтичной: об обещании Ашенбреннера купить своей жене галактику.
