Корреспондент The New York Times две недели поручал ИИ-агенту Meta Muse заказ продуктов, звонки в страховую компанию и торг на Facebook Marketplace. Он называет Muse самым полезным из всех ИИ-приложений, которыми ему доводилось пользоваться. Но для работы агенту потребовался доступ к банковским счетам и почте, и вопрос доверия остаётся открытым.
На прошлой неделе мне позвонили с незнакомого номера. «Я дозвонился до Anthem Dental и сейчас вас соединю», — бодро произнёс голос. Звонок был от «агента» на основе искусственного интеллекта, созданного Meta, которой принадлежат Facebook и Instagram. Десятью минутами ранее этот агент позвонил моему стоматологическому страховщику, назвал мой номер участника, ответил на контрольный вопрос и дождался ответа на линии, прежде чем переключить меня на сотрудника. Всё это он сделал так, как я его и просил.
Меня удивило, насколько проще стало общение со страховой. Это была лишь одна из многих задач, которые я решил с помощью Muse, приложения-ИИ-агента, представленного Meta в этом месяце.
Muse стал первым потребительским ИИ-агентом от крупной технологической компании, который стал доступен публично. В технологической отрасли агентов считают следующим рубежом: они гораздо функциональнее чат-ботов. Агенты могут перемещаться по интернету, входить на сайты, заполнять таблицы и звонить по телефону от имени людей, и это только начало.
Сейчас Muse доступен только в США, но Meta сообщила, что в ближайшие месяцы расширит доступ на другие страны.
Эксперимент: отдать агенту свою жизнь
Чтобы проверить Muse, я две недели непрерывно экспериментировал с ним, передав ему многие стороны своей жизни. Мне пришлось доверить Muse самые личные данные, в том числе подключить его к своим банковским счетам и электронной почте. Затем я поручил ему десятки повседневных задач: заказ продуктов, планирование встреч, составление составов в фэнтези-футболе.
Через две недели я признал Muse самым полезным ИИ-приложением из всех, которыми пользовался. Показательный момент наступил после того, как я подключил к Muse свои кредитные карты и попросил его отслеживать расходы в Google Sheets.
Я наблюдал, как за считаные минуты он создал вкладки с сотнями строк данных в каждой, затем отметил две дублирующиеся подписки и отменил их. После этого Muse с помощью моей электронной почты запросил возврат денег за истёкший бесплатный пробный период газеты и сэкономил мне 44,99 доллара.
Приживутся ли агенты
Станут ли Muse и другие ИИ-агенты массовыми, я уверен меньше. Агенты требуют уровня доверия, при котором многим людям может быть неуютно, особенно если речь о компании вроде Meta, у которой были проблемы с конфиденциальностью.
Некоторые сайты также ограничивают использование агентов в своих условиях обслуживания. Среди них Amazon, который заблокировал доступ для Muse.
Мелисса Вадасеррил, старший директор Acoustic, платформы агентного маркетинга, сказала, что появление Muse от Meta напомнило ей о презентации в 2010 году цифрового персонального помощника Apple Siri, к которому многие привыкали не сразу.
«Люди просто не знали, что с ним можно делать», — сказала Вадасеррил. Что касается Muse: «Мне кажется, для рынка это немного рано, но мне очень интересно посмотреть, куда всё пойдёт».
Знакомство с Рен
Мои две недели с Muse начались со скачивания бесплатного приложения и входа через аккаунты Instagram и Facebook. (Бесплатное использование ограничено, поэтому тем, кому нужно больше, приходится платить 20 или 100 долларов в месяц.)
Когда я начал разговаривать с агентом как с чат-ботом, он предложил назвать его Рен: его воплощает аватар в виде милой коричневой птички. Наш разговор продолжился так:
Илай: Привет, Рен! Ты мой новый ассистент.
Рен: Привет! Рад тебя видеть. Чем могу помочь сегодня?
Я быстро предоставил Рен доступ к своим банковским счетам и таким приложениям, как Google Docs, Gmail, Ticketmaster, OpenTable и Google Sheets, которые заключили партнёрские соглашения с Muse. Дальше начались эксперименты.
У меня было несколько целей. Я хотел проверить, сможет ли Muse дать мне «расширение личных возможностей», о котором часто говорит гендиректор Meta Марк Цукерберг. Я также хотел довести Muse до предела и выяснить, чего именно могут добиться ИИ-агенты и где они дают сбой. И мне было любопытно: учитывая недавние страхи вокруг мощного ИИ, не выйдет ли мой агент из-под контроля и не пойдёт ли общаться с другими агентами, подвергая риску приватность моих данных.
Что получилось
Очень скоро выяснилось, что Рен эффективно заполняет онлайн-формы, одну из самых утомительных частей работы в интернете. Я мог сфотографировать штраф за парковку, и Рен оплачивал его за меня, перед платежом запрашивая одобрение. Пока агент работал, я наблюдал за его действиями в крошечном окне браузера, где он перемещался по сайтам, как человек с мышью и курсором.
Рен также умел звонить по телефону с разными «личностями»: мужским голосом по имени Бретт и женским по имени Хейли. Пока функция звонков доступна ограниченному числу пользователей Muse, но мне она оказалась полезной в общении со службами поддержки, например со страховой.
С некоторыми задачами Рен справлялся с трудом, особенно со входом на сторонние сайты. Без моей помощи он не смог заказать билеты на матч «Сан-Франциско Джайентс» и с трудом выполнил вход в мой аккаунт программы лояльности AMC.
Торг на Facebook Marketplace
Напоследок я спросил Рен, как лучше потратить сэкономленные 44,99 доллара. К тому моменту он неплохо знал мою жизнь. Я думал, он предложит что-нибудь альтруистичное, например пожертвовать деньги на благотворительность или купить цветы подруге.
Вместо этого он предложил нечто ещё лучше: купить миски Heath Ceramics, местного производителя керамики с преданными поклонниками, на Facebook Marketplace, который входит в число моих любимых занятий.
Рен сообщил, что может писать продавцам и торговаться от моего имени, и что он уже подключён к моему аккаунту Facebook. Я задал агенту параметры: покупать только вещи за половину розничной цены и торговаться до минимально возможной цены.
Рен прочёсывал Marketplace и начал писать продавцам по поводу их объявлений, всегда начиная разговор с заниженного предложения на 20 долларов ниже заявленной цены. Получив встречное предложение, он возвращался ко мне, чтобы выработать тактику.
Коллекционеры Heath в районе залива Сан-Франциско оказались одними из самых жёстких переговорщиков, с которыми мне приходилось иметь дело, но Рен держался достойно, предпочитая мягкую манеру общения. В какой-то момент он отговорил меня отправлять более низкое встречное предложение, уловив раздражённый тон продавца.
Неожиданный поворот
После нескольких дней переписки пришло обнадёживающее сообщение от продавца по имени Эшли, который отказался назвать свою фамилию. Но когда я собрался написать Рен об этом предложении, я ошибся и случайно отправил сообщение самому Эшли.
Илай: Берём обеденные тарелки, посмотрим, можно ли подешевле.
Илай: Ой! Простите, я хотел отправить это своему ИИ-агенту. Я возьму тарелку за 40 долларов, если она ещё в наличии!
Эшли: Ничего страшного. Я на месте до 10 вечера в пятницу. Надеюсь, с агентами вам повезёт больше.
Дальше последовал живой человеческий разговор с Эшли, которого не мог бы дать ни Рен, ни какой-либо другой ИИ. Я подумал, что это может быть ещё одной причиной, почему Muse не сразу приживётся: иногда люди просто не хотят автоматизировать свою личную жизнь.
Забирая у Эшли матовую чёрную тарелку, которую я в итоге купил за 40 долларов, чуть больше чем вполовину дешевле розничной цены, я спросил, стал бы он когда-нибудь пользоваться продуктом вроде Muse.
«Мне кажется, ИИ может быть очень полезен многим людям, — сказал Эшли. — Но я просто не могу смириться с вопросами приватности».
