Венгерская OTP Bank договорилась о покупке Luminor — одного из крупнейших банков Балтии. Но сделка пока не завершена. Главный вопрос для регуляторов — не только финансовое состояние покупателя, но и его продолжающаяся работа в России. Теперь OTP впервые публично рассматривает возможность полного ухода с российского рынка.
От Nordea и DNB — к Blackstone
История Luminor началась в 2017 году. Тогда свои банковские операции в странах Балтии объединили шведская Nordea и норвежская DNB. Так появился отдельный панбалтийский банк Luminor, зарегистрированный в Эстонии и работающий также через филиалы в Латвии и Литве.
Уже через год владельцы решили привлечь нового инвестора. В сентябре 2018 года консорциум фондов, управляемых американской Blackstone, договорился приобрести 60% Luminor за 1 млрд евро. После завершения сделки в 2019 году Blackstone стал крупнейшим акционером, а Nordea и DNB сохранили миноритарные доли.
Затем Blackstone постепенно увеличивал свою долю. В 2021 году он приобрёл ещё 8,4% у Nordea, а в 2022-м — последние 11,6%. В результате структура собственности стала такой:
- Blackstone — 80,05%;
- DNB — 19,95%.
То есть к моменту нынешней сделки Luminor фактически контролировался Blackstone.
Кто теперь покупает Luminor
20 июля 2026 года OTP Bank подписал соглашение о покупке 100% Luminor Holding, то есть компании, которой принадлежит весь Luminor Bank. Продавцами выступают фонды, управляемые Blackstone, и DNB. Для OTP это крупнейшее приобретение в истории.
После сделки венгерская группа должна увеличить присутствие с 11 до 14 стран, а доля её кредитного бизнеса в еврозоне вырастет примерно с 42% до 50%. Совокупные активы группы увеличатся примерно на 13%.
Для Luminor это означает переход от американского частного инвестиционного владельца к стратегическому банковскому инвестору.
Сам OTP объясняет покупку желанием закрепиться в «развитом и стабильном» регионе и использовать Luminor как основу дальнейшего роста в странах Балтии.
Почему сделка ещё не состоялась
Здесь начинается самое интересное. Luminor зарегистрирован в Эстонии. Поэтому основная процедура проверки покупателя проходит при участии финансового надзора Эстонии и Европейского центрального банка. В процессе также участвуют регуляторы Латвии и Литвы. И именно здесь возник вопрос, которого у обычной коммерческой сделки могло бы не быть.
OTP продолжает работать в России.
Банк утверждает, что после начала полномасштабной войны прекратил корпоративное кредитование в России и предпринимал попытки сократить своё присутствие. OTP также заявляет о соблюдении санкционного законодательства. Однако российский бизнес банка никуда не исчез. Более того, он остаётся прибыльным.
По данным, которые приводит Bloomberg, российское подразделение OTP в последние годы приносило банку значительно больше прибыли, чем до 2022 года. При этом из России удалось вывести около 880 млн долларов дивидендов.
Что беспокоит Латвию и Литву
В июле, сразу после объявления о сделке, Банк Литвы заявил, что деятельность OTP в России вызывает «обоснованные вопросы», которые должны быть рассмотрены в ходе процедуры согласования сделки. Позиция Банка Латвии также оказалась важной.
По данным S&P Global, латвийский регулятор оценивает репутационный риск OTP как повышенный — от elevated до high. Среди факторов называются продолжение работы OTP в России, рост объёмов бизнеса и прибыли там, а также дивиденды, получаемые российским подразделением.
При этом важно разделять два вопроса. Наличие бизнеса в России само по себе не означает нарушения санкций.
OTP утверждает, что действует в соответствии с законодательством и санкционными требованиями. Регуляторы же должны оценить более широкий вопрос — насколько репутация и деятельность будущего владельца соответствуют требованиям, предъявляемым к собственнику европейского банка.
И вот здесь произошло новое развитие. 28 сентября стало известно, что OTP пересматривает свою стратегию в России и рассматривает возможность полного ухода из страны.
Глава OTP Group Петер Чаньи сообщил Bloomberg, что решение ожидается до конца года.
Причина, по его словам, связана в том числе с интересами банка в странах Балтии и отсутствием значительного прогресса в выводе дополнительных дивидендов из России.
Получается довольно необычная ситуация. Ещё недавно OTP объяснял невозможность выхода из России изменившимися российскими правилами. Теперь же банк рассматривает уход именно в тот момент, когда пытается приобрести крупный европейский банк, находящийся под надзором европейских регуляторов.
Почему OTP сложно просто продать российский бизнес
Здесь есть практическая проблема. Российские правила выхода иностранных компаний предполагают существенное дисконтирование стоимости продаваемых активов. Кроме того, потенциальный покупатель должен получить согласования российских властей и соответствовать требованиям европейских регуляторов.
По словам руководства OTP, сейчас продажа российского бизнеса практически невозможна. В случае сделки владельцы могут получить лишь небольшую часть его экономической стоимости.
Поэтому перед OTP фактически стоит выбор между несколькими вариантами:
продолжать работать в России, одновременно проходя проверку европейских регуляторов;
сокращать российский бизнес, не продавая его полностью;
или искать механизм полного выхода, если такой вариант станет юридически и экономически возможным.
Почему Blackstone продаёт Luminor
Нет подтверждений, что Blackstone продаёт Luminor именно из-за OTP или из-за российского бизнеса венгерского банка.
Blackstone вошёл в Luminor как финансовый инвестор ещё в 2019 году. За последующие годы фонд увеличил свою долю до 80,05%. Теперь он полностью выходит из инвестиции вместе с DNB.
Для Blackstone такая сделка укладывается в обычную модель private equity: приобрести актив, изменить его бизнес-модель, увеличить стоимость и затем продать стратегическому инвестору.
Причём сам Luminor к моменту продажи находился в существенно более сильном положении, чем в первые годы после создания. В 2025 году банк получил 158 млн евро чистой прибыли, а его активы составляли около 15,9–16,3 млрд евро в зависимости от используемой отчётной даты и источника.
Что это означает для клиентов Luminor в Латвии
На данный момент — практически ничего. Сделка ещё не закрыта. До получения необходимых разрешений OTP не становится владельцем Luminor.
Банк Латвии ранее подчёркивал, что сама смена владельца не должна автоматически менять обслуживание клиентов в Латвии. Luminor продолжает работать как латвийский филиал банка, зарегистрированного в Эстонии.
Но для банковского рынка Балтии сделка имеет значение. Если она будет завершена, OTP получит сразу три новых рынка еврозоны — Латвию, Литву и Эстонию.
А Luminor получит владельца, который активно расширяется в Центральной и Восточной Европе.
Что будет решать судьбу сделки
Сейчас ключевой вопрос выглядит довольно просто: сочтут ли европейские и балтийские регуляторы присутствие OTP в России приемлемым для владельца Luminor?
При этом OTP уже начал пересматривать свою российскую стратегию. Пока это не означает, что банк решил уйти из России. Речь идёт именно о пересмотре стратегии и рассмотрении такого варианта. Окончательное решение, по словам руководства OTP, ожидается до конца 2026 года.
Поэтому покупка Luminor превратилась из обычной банковской сделки в более крупный тест для OTP. Банк хочет значительно увеличить своё присутствие в ЕС, но одновременно должен объяснить европейским регуляторам, как он собирается управлять остающимся российским бизнесом.
И именно от ответа на этот вопрос во многом будет зависеть, в каком виде и на каких условиях OTP сможет стать новым владельцем Luminor.
