Доходности казначейских облигаций США карабкаются вверх сразу по нескольким причинам — от рекордного госдолга и смены главы ФРС до огромного потока новых выпусков долга, финансирующих бум искусственного интеллекта. Но, как показывает разбор рыночной динамики, главный виновник роста доходностей внутри страны — резкий скачок цен на энергоносители, вызванный войной с Ираном.
Доходности казначейских облигаций толкают вверх сразу несколько сил: тревога по поводу госрасходов, приход нового председателя ФРС и колоссальный рост выпуска облигаций для финансирования строительства инфраструктуры под искусственный интеллект. Но главной движущей силой последнего скачка остаётся инфляция.
Хотя за глобальным обвалом рынка облигаций, отправившим доходности по всему миру к многолетним максимумам, стоит целый комплекс факторов, детальный анализ рыночных сдвигов показывает: ключевым фактором внутри США по-прежнему остаётся резкий рост цен на энергоносители, вызванный войной с Ираном.
«Резкий рост мировых доходностей облигаций отражает то, как инвесторы заново переоценивают инфляционные риски», — говорит Майк Гусей, инвестиционный директор и глава глобального направления инструментов с фиксированной доходностью Principal Asset Management.
Разберём ключевые факторы подробнее.
Топливо
Цены на дизельное топливо резко выросли этим летом — после того как перемирие между США и Ираном фактически сошло на нет, а Украина начала кампанию по выведению из строя нефтеперерабатывающих заводов в России, крупном экспортёре этого топлива. Рост цен на дизель, как правило, оказывает более сильное инфляционное давление, чем подорожание бензина, поскольку именно дизелем заправляются грузовики, поезда, строительная и сельскохозяйственная техника, — а значит, дорожают производство и доставка практически любых товаров.
По данным Dow Jones Energy, в среду средняя розничная цена на дизель в США превысила 5,68 доллара за галлон — примерно на 2 доллара выше, чем годом ранее. Это меньше чем на цент отстаёт от весеннего пика, зафиксированного после начала боевых действий в Персидском заливе, затруднивших транзит через Ормузский пролив, и всего на 13 центов ниже рекорда, установленного в 2022 году после вторжения России в Украину. Фьючерсные контракты указывают на дальнейший рост цен на заправках: октябрьские фьючерсы на дизель подорожали за последнюю неделю примерно на 13%.
Дефициты
Не одна лишь инфляция толкает доходности вверх. Часть инвесторов указывает на обеспокоенность неконтролируемым ростом государственных расходов.
В августе валовой госдолг США впервые превысил отметку в 40 триллионов долларов — рубеж, ещё сильнее усиливший хор экономистов, предупреждающих о неустойчивой бюджетной траектории страны. Доля публичного долга США в валовом внутреннем продукте стремительно приближается к уровням, которых не было со времён Второй мировой войны.
За рубежом резкий рост доходностей гособлигаций в Великобритании вынудил правительство страны попытаться сократить долговую нагрузку. А доходность десятилетних японских гособлигаций только что достигла максимума примерно за 30 лет — на фоне дискуссии о налоговых льготах, способных ослабить бюджетную устойчивость Японии.
Премия за срок
Один из индикаторов, по которому можно судить об обеспокоенности инвесторов бюджетной политикой или растущим предложением облигаций, — это так называемая «премия за срок» (term premium), которую обычно определяют как ту часть доходности казначейских облигаций, которая отражает всё, кроме ожиданий инвесторов относительно краткосрочных ставок, устанавливаемых ФРС. В последнее время этот показатель заметно вырос. Однако наиболее резкий скачок произошёл именно с начала войны с Ираном, а некоторые инвесторы и экономисты отмечают, что премии за срок выше в Европе и Японии — это сигнал о том, что за рубежом опасения по поводу бюджетной ситуации выражены даже сильнее.
Ставки
Выступление председателя ФРС Кевина Уорша в Джексон-Хоуле отчасти развеяло опасения, что регулятор недостаточно твёрдо настроен на борьбу с инфляцией, — это стало одним из факторов роста доходностей. Тем не менее Уорш, в отличие от своих предшественников, воздержался от предоставления рынку опережающих сигналов (forward guidance), и усилившаяся из-за этого неопределённость, по всей видимости, закладывается в стоимость долгосрочных заимствований — как в США, так и по всему миру, отмечает Дэвид Келли, главный глобальный стратег J.P. Morgan Asset Management.
«Если искать одно отличие от того, что было ещё несколько месяцев назад, я бы назвал именно изменившееся поведение ФРС с момента, как её возглавил Кевин Уорш, — говорит Келли. — Полагаю, на рынки заложена своего рода «премия за риск ФРС» — пусть пока и небольшая».
При этом эффект от плана министра финансов Скотта Бессента по выкупу большего объёма долгосрочных облигаций оказался недолговечным. «Если правительство заявляет, что повысит налоги и сократит расходы, чтобы снизить дефицит, — это одно дело, — добавил Келли. — А заявление о том, что нашлась ещё одна кредитка, которую вы ещё не исчерпали до предела, в стопке из двадцати уже использованных, доверия почему-то не внушает».
