Почти весь прирост рабочих мест в США пришёлся на сферы, где доминируют женщины, тогда как «мужские» отрасли теряют занятость. Старение населения, образовательный разрыв и структура экономики усиливают тренд, который может определить рынок труда на годы вперёд.
Американский рынок труда переживает заметный сдвиг: почти весь прирост рабочих мест за последний год пришёлся на сферу здравоохранения и социальной помощи — отрасль, где мужчин крайне мало. В то же время сектора, традиционно занятые мужчинами, теряют рабочие места. После пандемии в рынок труда активно вошли женщины в возрасте активной занятости, тогда как доля работающих мужчин застыла на месте.
Экономисты предупреждают: разрыв может только увеличиваться. Население США стремительно стареет, а значит, растёт спрос на профессии, которые мужчины исторически избегали — сиделки, помощники медсестёр, работники ухода на дому. Дополнительным фактором становится образовательный разрыв: женщины получают дипломы бакалавра значительно чаще мужчин, а уровень занятости среди людей с высшим образованием существенно выше.
Занятость мужчин падает, женщин — держится
Официальный уровень безработицы остаётся стабильным — 4,3%. Разница между мужчинами и женщинами минимальна, как и до пандемии. Но этот показатель учитывает только тех, кто активно ищет работу. Более точная картина — доля работающих среди всего населения.
В апреле среди мужчин старше 16 лет работали 64,1% — заметно ниже среднего уровня 2019 года (66,6%) и значительно ниже показателей 1990‑х (70,9%). Часть падения объясняется старением населения: мужчин‑пенсионеров стало больше.
У женщин доля занятых всегда была ниже, но держится лучше: 54,5% в апреле — лишь немного ниже уровней 2019 года и 1990‑х.
Сближение показателей занятости мужчин и женщин — процесс, который длится десятилетиями. По словам экономиста Гарварда Лоуренса Каца, участие женщин в рабочей силе застопорилось около 2000 года, но после пандемии снова выросло — в том числе благодаря гибридной работе, которая облегчила жизнь матерям.
Здравоохранение — главный двигатель роста
За год сектор здравоохранения и социальной помощи добавил 656 500 рабочих мест. Без этого прироста частный сектор потерял бы 145 500 рабочих мест. В этой отрасли женщины превосходят мужчин численно в три раза.
Тем временем занятость падает в производстве — после краткого всплеска оно снова идёт на спад. В этой сфере на двух мужчин приходится одна женщина. Снижается занятость и в транспорте и логистике — отрасли, сильно пострадавшей от тарифов, где мужчин в три раза больше.
«Мужчины явно страдают от тарифов и слабости промышленности», — говорит Кац.
Женщины выигрывают, мужчины — нет?
По данным Минтруда, с конца 2024 года число рабочих мест, занятых женщинами, выросло на 421 000. У мужчин — снизилось на 1 000. Но статистика сложна: женщины чаще имеют несколько работ, а мужчины чаще самозаняты и не попадают в отчёты по найму.
Экономист Brookings Institution Лорен Бауэр отмечает: рынок труда не столько «плох для мужчин», сколько «очень хорош для женщин». Среди женщин 25–54 лет занятость достигла 75% — выше, чем в 2019 году. У мужчин того же возраста — 86,5%, примерно на уровне 2019 года.
Почему мужчинам сложнее менять профессию
Переход в другую сферу особенно труден для людей без высшего образования. Навыки шахтёра, например, сложно применить вне шахты. Но есть и культурные барьеры: некоторые профессии «не вписываются в мужскую идентичность».
Так, стоматологические гигиенисты зарабатывают в среднем $94 260 в год — почти вдвое больше среднего по стране. Но лишь 5% работников — мужчины.
Изменения возможны, но медленно. Доля мужчин среди медсестёр выросла с 2% в 1960 году до 14% сегодня. Исследования показывают, что мужчины чаще выбирают высокострессовые отделения — реанимацию, интенсивную терапию — и приходят в медицину после других профессий. Их привлекают не только зарплаты, но и стабильность сектора здравоохранения.
