Бурые медведи острова Кадьяк на Аляске всё чаще приходят на местную свалку. Они преодолевают любые заграждения, а переселение животных не помогает: одну медведицу с медвежатами через 28 дней нашли у того же контейнера. Власти округа усиливают охрану, а биологи предупреждают, что решение будет дорогим и сложным, и некоторых медведей, возможно, придётся убить.
Остров Кадьяк на Аляске привлекает туристов со всего мира, мечтающих увидеть одного из самых впечатляющих хищников на вершине пищевой цепи. Но в последнее время бурые медведи, давшие острову название, собираются в куда менее живописном месте — на свалке.
Медведи неоднократно проникали на кадьякский полигон отходов, несмотря на всё более дорогостоящие попытки их остановить. Государственные природоохранные регуляторы грозят крупными штрафами, а биологи, работающие в сфере охраны дикой природы штата, предупреждают: прекратить нашествие будет дорого и непросто. По словам специалистов, этих всеядных животных нельзя просто направить к более здоровой пище, которую предлагает остров, — лососю, ягодам или оленине, — и нельзя уничтожить.
Сами медведи хотят одного: есть вредную еду.
«Что вы предпочтёте: батончик Snickers или кусок брокколи? — спрашивает Ларри Ван Дейл, бывший биолог-специалист по дикой природе Аляски. — В этом они не так уж отличаются от людей».
Соседство, которое дало сбой
Сосуществование животных и людей — давняя реальность Кадьякского архипелага. Это гористая, продуваемая ветрами цепь островов в заливе Аляска, где обитает до 3 500 кадьякских бурых медведей. Они родственны камчатским бурым медведям и североамериканским гризли и могут весить до 635 килограммов.
Медведи считаются частью повседневной жизни острова. Жителей призывают надёжно запирать мусор, а школьников учат, как избегать столкновений с животными, которые хорошо приспособились жить рядом с людьми. Возможно, даже слишком хорошо.
«Люди, прожившие здесь всю жизнь, скажут вам, что до последних 10–15 лет никогда не видели медведя в городе: им незачем было приходить за мусором, — говорит Джаред Гриффин, мэр округа. — Но что-то изменилось, и они стали гораздо более назойливыми».
Умнее среднего медведя
На территорию свалки медведи заходили с момента её открытия в 1960-х годах. Недавно они нашли дыры в ограждении полигона. Возможно, их подтолкнули к заманчивому запаху человеческих отходов сокращение нерестового хода лосося и меньший урожай ягод. Фактически медведи стали самозахватчиками, причём довольно милыми.
Всякий раз, когда работники округа заделывали ограждение, эти не по-медвежьи сообразительные животные подкапывались под него, перелезали или проламывали. Гриффин рассказал, что сотрудники полигона однажды видели, как медведица бросила медвежонка на забор, чтобы проверить, нет ли в нём тока. «Нет на земле другого такого зверя, как кадьякский медведь», — заметил он.
Несколько молодых медведей провели на свалке всю жизнь. «Это всё, что они знают», — говорит Нейтан Свобода, биолог штата в Кадьяке.
Прошлым летом круизные компании привозили на свалку пассажиров, желавших увидеть медведей. В сумерки, когда звери выходили из укрытий поужинать отходами, на дороге у полигона возникали «медвежьи пробки». «Это неловко», — признаёт Эйми Уильямс, управляющая округом.
Недавно, проезжая по главной дороге полигона, она рассказала, что медведи иногда играют в пруду-накопителе ливневых вод. Едва она свернула за угол, как и правда увидела двух медведей, купающихся в мелкой мутной воде. Уильямс не смогла сдержать восторга. «Им здесь не место, но они такие милые, — сказала она. — Посмотрите на их мордочки!»
Опасное зрелище
Для самих медведей это опасно. Свобода при вскрытиях находил в желудках животных плотные комки мусора — следствие высококалорийной и малопитательной диеты из мусорных контейнеров. «Они фактически могут умереть от голода», — говорит он.
Усыпление и перевозка медведей не помогают. Два года назад биологи на самолёте перевезли на другой остров медведицу с медвежатами, которые наведывались к мусорным бакам Кадьяка, на расстояние 65 километров от полигона. Через 28 дней они вернулись. «И не просто в Кадьяк, — говорит Свобода. — А к тому же самому контейнеру».
От вредителей к символу острова
Кадьякские медведи крупнее и коренастее гризли. Они оказались изолированы на острове в конце ледникового периода. Большую часть XX века скотоводы считали их угрозой для скота. Эту позицию выражала грубая местная поговорка: «Бурый — значит, под прицел».
Отношение изменилось, и федеральные власти в конце концов отдали почти две трети острова Кадьяк под национальный заповедник дикой природы. Сегодня медвежий туризм привлекает тысячи людей, особенно в конце лета и начале осени, когда лосось заполняет ручьи и реки, рассекая плавниками мелководье, чтобы отнереститься и погибнуть — в том числе в лапах медведей, набирающих вес перед зимой.
Что планируют власти
Округ установил вокруг открытой секции полигона сетчатые ветрозащитные экраны, чтобы люди не останавливались понаблюдать. Власти планируют нанять ночного охранника и уже установили шумовые устройства с датчиками движения, которые отпугивают медведей оглушительными звуками.
Руководство округа собирается перенести электрическое ограждение, которое сейчас уходит глубоко в заросли ели и ольхи, ближе к мусору. Тогда у медведей будет меньше мест для укрытия, а у работников — лучше обзор. Цель — максимально затруднить медведям доступ к отходам, не разрушив и без того напряжённый бюджет округа и не повысив и без того высокие тарифы на захоронение отходов.
Биологи ожидают, что несколько медведей откажутся уходить и их придётся убить. Это будет особенно горько в месте, где медведи из истребляемых вредителей превратились в символ самого острова. «Эти медведи священны. Если вы не видите в них Бога, вы плохо смотрите», — говорит жительница Кадьяка Лея-Энн Джонсон.
