Война с Ираном неожиданно принесла крупнейшим западным нефтяным компаниям windfall-прибыль быстрее, чем их бизнес-планы успели подстроиться под новую реальность.
Если и есть отрасль, где смена курса действительно похожа на разворот супертанкера, то это большая нефть. В начале этого года пять крупнейших западных интегрированных энергетических компаний рассуждали о таких вещах, как «структурная эффективность издержек», «стабильность поставок» и «превосходная доходность для акционеров, несмотря на снижение цен на нефть». Прямо скажем, не те формулировки, от которых у инвесторов учащается пульс.
Но затем война с Ираном подарила отрасли неожиданный ценовой windfall — причём быстрее, чем бизнес-планы компаний успели под него подстроиться. По сравнению с прошлым годом, в 2026 году эта пятёрка компаний, как ожидается, сгенерирует примерно на 75 млрд долларов больше свободного денежного потока. Разбираться, куда девать лишние деньги, — приятная проблема, но всё же проблема. Инвесторы обычно рассматривают дивиденды и обратный выкуп акций как основные способы возврата денег акционерам. Но погашение долгов — не менее весомый путь к увеличению благосостояния владельцев компании.
BP отличилась работой с долгом
Среди пятёрки особенно выделяется BP, которая занялась именно этой частью баланса. В начале года компания была самой закредитованной среди своих конкурентов, и новое руководство пообещало исправить ситуацию за счёт продажи активов и приостановки программы обратного выкупа акций. Во втором квартале BP сократила различные финансовые обязательства — включая долг, гибридные долговые инструменты, лизинг и выплаты по урегулированию претензий, связанных с катастрофой Deepwater Horizon, — на 7 млрд долларов.
По данным опроса аналитиков, проведённого FactSet, чистый долг пяти крупнейших мейджоров в совокупности должен сократиться на 70 млрд долларов в период с 2025 по 2028 год. У более мелких компаний, специализирующихся исключительно на добыче или переработке, трансформация окажется куда более радикальной: ожидается, что к 2028 году у Expand Energy и Valero на балансе появится чистая денежная позиция (то есть денег будет больше, чем долгов).
Бурить или не бурить?
Что дальше? Возникает соблазн вернуться к активному бурению — тем более что затраты на геологоразведку и точки безубыточности на сланцевых месторождениях становятся всё более приемлемыми. Но вкладывать в крупные нефтегазовые проекты значительно больше денег, чем изначально планировалось, сложно оправдать — если только нет веских оснований полагать, что цены на сырьё удержатся на высоком уровне длительное время. А чрезмерное бурение сегодня вполне может обернуться собственным обвалом цен уже завтра.
Или скупать друг друга
Помимо наращивания обратного выкупа собственных акций, компании вполне могут использовать свободные средства, чтобы начать скупать друг друга. Как правило, о сделках объявляют именно тогда, когда цены находятся на умеренном уровне, — а не на историческом максимуме или минимуме.
Последней крупной сделкой такого рода стало поглощение Chevron компании Hess за 53 млрд долларов — сделка целиком в акциях, объявленная в 2023 году и завершённая прошлым летом. Годом ранее Exxon закрыла сделку по покупке Pioneer Natural Resources за 60 млрд долларов — тоже с оплатой акциями.
Здоровые балансы делают более вероятными и менее крупные сделки — «в единицах миллиардов долларов» и целиком за наличные. Особенно заманчивым такой вариант может выглядеть в ближайшие два с половиной года — до вступления в должность следующего президента США. Пока антимонопольное регулирование в энергетическом секторе остаётся дружественным к отрасли, у компаний остаётся окно возможностей для дальнейшей консолидации.
Так или иначе, к акционерам направится больше денег. Часть выплат будет поступать постепенно, но стоит ожидать и крупных единовременных траншей — вместе с пресс-релизами, расхваливающими «синергию» и «активы мирового класса».
