Когда Трамп пришёл к власти, многие инвесторы решили вложить свои деньги в военные акции. После определённого роста на 25–30%, движение вверх замедлилось. В чём причина? Ведь война в Иране развивается, Министерству обороны не хватает снарядов и ракет, а бюджет оборонных предприятий резко вырос — до 1,5 трлн долларов на 2027 год. Главная проблема в том, что администрация Трампа изучает, как крупнейшие оборонные подрядчики вроде Lockheed Martin, RTX и Northrop Grumman тратят свои деньги. Они не могут выплачивать дивиденды или выкупать акции, пока не смогут производить превосходный продукт вовремя и в рамках бюджета — это указано в указе от 7 января 2025 года. Капитальные расходы пяти главных фирм вырастут на 38% до 10,08 млрд долларов в 2026 году. Если к власти придут демократы, то риски оборонных акций ещё более возрастут. Очевидно, надо покупать южнокорейский и японский дефенс. Ну и там сейчас надо быть осторожным, так как акции падали в связи с дефицитом энергоносителей. Вот что пишет The Wall Street Journal:

— Война с Ираном, казалось бы, должна была стать благоприятным моментом для американских производителей вооружений: боевые действия обычно ведут к росту военных расходов, а значит — к увеличению заказов. Однако акции крупнейших оборонных компаний США почти не изменились с момента начала конфликта, и у инвесторов есть на это веские причины.

По мере того, как война продолжается, американские запасы ракет стремительно сокращаются. Только первые четыре дня ударов по Ирану, по сообщениям, обошлись почти в 11 миллиардов долларов, включая около 5,7 миллиарда на перехватчики, использованные для уничтожения иранских ракет и дронов. Среди них — системы Patriot и THAAD, а также другие ракеты и боеприпасы, которые являются основой бизнеса оборонных подрядчиков. Запасы истощены настолько, что США, возможно, перебрасывают системы ПВО из Южной Кореи. Тем не менее акции крупнейших подрядчиков почти не изменились: «большая пятёрка» — Lockheed Martin, Northrop Grumman, General Dynamics, Boeing и RTX — в среднем упала примерно на 2% с начала войны.

Частично это объясняется тем, что рынок уже заложил в цены значительный рост. Инвесторы активно покупали оборонные акции с тех пор, как стало ясно, что победа на выборах склоняется в пользу президента Трампа. С июня 2024 года, после первых дебатов между Трампом и Джо Байденом, акции пяти крупнейших подрядчиков выросли примерно на 50%. Сейчас четыре из пяти компаний торгуются примерно по 26 ожидаемых годовых прибылей, что близко к историческим максимумам.

Причин для оптимизма у инвесторов действительно было немало. Ещё до войны Пентагон выражал обеспокоенность низкими запасами вооружений и призывал производителей увеличить выпуск ракет. В этом году ведомство подписало многолетние контракты с оборонными компаниями для наращивания производства. Большие заказы на пополнение запасов должны помочь всем подрядчикам, но особенно RTX, у которой значительная часть бизнеса связана с ракетными системами. Рост конфликтов по всему миру также способствует увеличению военных бюджетов. Бюджет США на текущий год достиг рекордного уровня в 1 триллион долларов. Европейские члены НАТО подняли целевой уровень военных расходов до 5% ВВП, и примерно половина этих средств традиционно достаётся американским подрядчикам. Япония, Южная Корея и Индия также увеличили свои военные бюджеты. Президент Трамп стремится к ещё более масштабным расходам: в январе он призвал увеличить оборонный бюджет до 1,5 триллиона долларов в 2027 году, хотя пока неясно, каким будет итоговый запрос.

Однако не всё складывается в пользу оборонных гигантов. Даже до войны администрация Трампа проявляла интерес к новым, более гибким оборонным технологиям. В расширенном военном бюджете США на 2026 год расходы на традиционные программы остаются на прежнем уровне, тогда как финансирование новых технологий — космос, искусственный интеллект, дроны — растёт более чем на 20%. «Идея в том, чтобы привлечь больше новых игроков и коммерческих решений», — говорит Джерри МакГинн из Центра стратегических и международных исследований (CSIS). Война с Ираном только усилила этот тренд. Конфликт показал, насколько дорого обходится стратегия США и стран Персидского залива: они используют многомиллионные ракеты и истребители, чтобы сбивать иранские дроны Shahed стоимостью в десятки тысяч долларов. Теперь союзники ищут более дешёвые решения. Это помогает небольшим оборонным технологическим компаниям: за последние 12 месяцев ETF SPDR S&P Aerospace & Defense, где больше доля малых компаний, вырос на 67%, тогда как ETF iShares U.S. Aerospace & Defense, ориентированный на крупных подрядчиков, — на 52%.

Существует и политическое давление. Администрация Трампа усилила контроль над тем, как крупнейшие оборонные компании тратят деньги. В этом году президент подписал указ, запрещающий подрядчикам выплачивать дивиденды или выкупать акции, пока они не смогут «производить лучший продукт, вовремя и в рамках бюджета». Компании увеличили капитальные расходы и избегают конкретных прогнозов по байбекам, что может давить на прибыль на акцию в ближайшей перспективе. Есть и другие риски: если война станет достаточно непопулярной, чтобы привести к победе демократов, это может снизить оборонный бюджет. Кроме того, правительство может применить Закон о производстве для обороны (Defense Production Act), чтобы принудить компании ускорить выпуск вооружений.

Таким образом, рост конфликтов делает оборонный сектор привлекательным, но далеко не безрисковым. Инвесторы видят возможности, но и угрозы, которые могут ограничить выгоды для крупнейших производителей вооружений.